Работаем на всей территории Российской Федерации

Пн-пт 09:00 - 18:00
Сб 09:00 - 13:00

+7 (909) 409-80-26

ВЫСТУПЛЕНИЕ В НОВОШАХТИНСКОМ РАЙОННОМ СУДЕ В ПРЕНИЯХ ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ О МОШЕННИЧЕСТВЕ

Уважаемый суд!

           Судебное следствие по настоящему уголовному делу показало, что обвинение не представило доказательств, которые бы безусловно доказывали вину моей подзащитной С. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, т.е. хищении чужого имущества путем обмана потерпевшего Ф. с использованием своего служебного положения на сумму 228 134,50 руб.

          Действительно каких-либо доказательств о наличии умысла С. до заключения договора купили меда у потерпевшего следствием не добыто и стороной обвинения суду не представлено. Этот договор был рядовым событием в деятельности ООО «АХХХ» и его директора С. Он был заключен в ходе обычной производственной деятельности данной организации.

          И только внезапно возникшие объективные причины не дали возможности возвратить Ф. денежные средства. Таким причинами явились деятельность сотрудника ООО «АХХХ» Ш., которая после этой сделки организовала свое ИП с тем же видом деятельности по оптовой торговле меда и используя наработанные С. контакты и в тайне от нее стала осуществлять эти сделки, лишив тем самым ООО «АХХХ» прибыли. Отсутствие прибыли повлекло отсутствие возможности рассчитаться с Ф.

          Второй причиной явился рейдерский захват ООО «ОХХХ» в начале 2015 г., от деятельности которого моей подзащитной планировалось направить прибыль на погашение задолженности перед потерпевшим.

          Полагаю, что суд допустил необъективность, когда отказал  стороне защиты в приобщении к материалам уголовного дела документов по данному эпизоду.

          Согласно ч. 2 ст. 86 УПК РФ сторона защиты представила суду письменные документы в качестве доказательств и они были приобщены к уголовному делу.

          Такими доказательствами явились сведения о телефонных соединениях корпоративного телефона 8-903-ХХХ, использовавшимся Ш., за период с сентября 2014 г. по май 2015 г.

          Банковские выписки по счету ООО «АХХХ» свидетельствуют о том, что обвинение не соответствует действительности в той части, где утверждается, что банковский счет ООО был арестован и что якобы С. знала о том, что не имеет возможности возвратить деньги Ф. Фактически этот счет арестован не был и такое доказательство вины моей подзащитной фактически отсутствует.

          Не соответствует действительности обвинение в той части, где утверждается, что С. передала Ш. закупочный акт от 10 октября 2014 г. Такого события в действительности не происходило, а поэтому обвинение в этой части является неверным.

          Исследованная в суде товарная накладная наглядно подтвердила тот факт, что показания Ш. в части порядка вывоза приобретенного меда у Ф. не соответствуют действительности. А именно ее показания, что необходимо было получение ветеринарного документа, не соответствуют действительности. А ведь из таких неточностей следствие и прокуратура пытаются слепить образ вины моей подзащитной.

          Кроме того, накладная показала, что являлось обычной практикой передача закупленного товара (в данном случае меда) по документам от ООО «АХХХ» на ООО «ПХХХ» и эта документальная передача никак не может свидетельствовать о наличии умысла куда-то спрятать товар и не возвращать деньги продавцу.

          Отсутствие такого умысла подтверждается также и тем фактом, что денежными средствами, поступившими в счет продажи меда, моя доверительница никак не пользовалась, себе эти средства не присваивала, а также ее намерение, изложенное суду, возвратить указанные денежные средства потерпевшему при первой возможности. 

          Другими доказательствами защиты являются письменные документы, которые полностью подтверждают показания моей подзащитной о том, что о рейдерском захвате ООО «ОХХХ» в начале 2015 г. и невозможности по этой причине направить прибыль от этой деятельности на погашение задолженности Ф.

          Кроме того, стороной обвинения представлены учредительные документы ООО «АХХХ» и ООО «ПХХХ», из которых следует, что они учреждены и возглавлялось моей подзащитной. 

          Хочу обратить особое внимание суда, что согласно ч. 1 ст. 86 УПК РФ обязанность по собиранию доказательств лежит на органе предварительного следствия, обвинении и суде. Указанные органы не представили ни одного доказательства в опровержение тех доводов, которые привела моя подзащитная. Я имею в виду довод о том, что у нее имелась две объективные, не зависящие от нее причины временного не возврата денежных средств потерпевшему. Ими явились деятельность Ш., которая втайне от С., развернула деятельность по оптовой торговле медом с использованием контактов, наработанных моей подзащитной и с использованием ее же корпоративного телефона, и второй довод – это рейдерский захват ООО «ОХХХ».

          Обе эти причины не дали  возможности своевременно возвратить денежные средства продавцу меда Ф., потому что С. была лишена прибыли в результате этих действий в отношении возглавляемых ею организаций.

          Так вот ни одно из этих доказательств защиты не опровергнуто стороной обвинения, которая не представила суду ни одного доказательства в противовес позиции моей подзащитной.

          Поэтому могу с уверенностью констатировать тот факт, что эта сделка являлась обычной гражданско-правовой сделкой.       

          В связи с изложенным, полностью поддерживаю позицию моей подзащитной и прошу суд оправдать ее по ч. 3 ст. 159 УК РФ.    

           В то же время имеется еще одна возможность принять решение по настоящему уголовному делу, если суд все-таки придет к необоснованному выводу о наличии умысла на невозврат денежных средств.  

          Эта возможность заключается в переквалификации действий С. на состав мошенничества в сфере предпринимательской деятельности, а именно – на ч. 1 ст. 159.4 УК РФ. Эта статья предусматривает ответственность за мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности.

          Действительно к этому имеются все основания. С. возглавляла коммерческую структуру. Между ней, как руководителем организации - покупателем, и продавцом Ф. имели место договорные отношения, которые оказались не исполненными в полном объеме в силу указанных выше объективных причин.

          Таким образом, инкриминируемые ей деяния могут расцениваться как совершенные в сфере предпринимательской деятельности по ч.1 ст. 159.4 УК РФ, действовавшей на момент совершения действий по закупке меда.

          Федеральным законом от 29 ноября 2012 года № 207-ФЗ Уголовный кодекс РФ был дополнен ст.ст. 159.1 - 159.6 УК РФ, разграничивающими составы мошенничества, совершенного в разных сферах экономики, в том числе предпринимательства.

          Так, согласно ст. 159.4 УК РФ мошенничеством в сфере предпринимательской деятельности признается мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности.

          Преднамеренное неисполнение договорного обязательства означает что лицо, выступающее как предприниматель, изначально не намерено выполнять обязательство по возврату или оплате имущества, рассчитывая противозаконно завладеть им, сознавая, что тем самым причинит ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

          Субъектом данного преступления является лицо, занимающееся предпринимательской деятельностью, - собственник предприятия (организации), руководитель (директор и т.п.), индивидуальный предприниматель, их представители.

          В соответствии с п. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

          Всем этим критериям соответствует моя подзащитная.

          Несмотря на то, что Постановлением Конституционного суда Российской Федерации от 11 декабря 2014 года № 32-П положения статьи 159 УК РФ признаны несоответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой эти положения устанавливают за мошенничество сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, действовавший в период с 29 ноября 2012 года и до момента признания его противоречащим Конституции РФ, уголовный закон в соответствии со ст. 10 УК РФ подлежит применению, поскольку улучшает положение осужденного.    

          В соответствии с указанным постановлением Конституционного Суда РФ статья 159.4 УК РФ с 12 июня 2015 года утратила силу. Уголовная ответственность за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности с указанной даты предусматривается статьей 159 УК РФ. Что касается деяний, подпадающих под признаки состава преступления, предусмотренного статьей 159.4 УК РФ, совершенных до 12 июня 2015 года, то, поскольку эти деяния не декриминализованы и могут быть квалифицированы по статье 159 УК РФ, устанавливающей за них более строгое наказание, такие деяния, в соответствии со статьей 9 УК РФ, следует квалифицировать по статье 159.4 УК РФ.

          Именно это сторона защиты и просит сделать суд.   

          В силу п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ возбужденное уголовное дело подлежит прекращению, если истекли сроки давности уголовного преследования. Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 159.4 УК РФ (в ред. ФЗ от 29.11.2012 № 207-ФЗ) в силу ч. 2 ст. 15 УК РФ относится к категории преступлений небольшой тяжести.

          Поэтому  срок привлечения к уголовной ответственности по ст. 159.4 УК РФ к настоящему времени истек. При этом согласно ч. 2 ст. 78 УК РФ срок давности исчисляется со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу.

          Моя подзащитная не возражает против прекращения дела по этому основанию. 

          Согласно ст. 254 УПК РФ суд прекращает уголовное дело в судебном заседании в случае истечения сроков давности уголовного преследования.  

          В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности по истечении двух лет после совершения преступления небольшой тяжести.

          Именно такие требования о разрешении дел данной категории изложены в пленуме ВС РФ от 15.11.2016 г. № 48  "О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности".

          Таким образом, подводя итог, прошу уважаемый суд принять решение по настоящему уголовному делу или в виде оправдательного приговора по вмененной ч. 3 ст. 159 УК РФ или о переквалификации действий моей подзащитной на ч. 1 ст. 159.4 УК РФ (в ред. ФЗ от 29.11.2012 № 207-ФЗ) и по данной статье о прекращении уголовного дела на основании ст. 254 УПК РФ. 

          ЗАЩИТНИК – АДВОКАТ:                                                                                                         КАРПОВ С.В.

          07 февраля 2018 г.

Получите бесплатную онлайн-консультацию адвоката Карпова Сергея Викторовича

Получить консультацию